Карло Боссоли



Главная :: Галерея картин :: Ссылки :: Галереи, выставки :: ENG

Лев Александрович Бруни

Для подлинного монументалиста самое главное - жизнь произведения, в которое он вложил все свои силы, а не эгоистическое стремление утвердить себя через это произведение».

В 1937 году Павильонов летом отправился в Самарканд, край, где началась его любовь к миру, форме, цвету. В самаркандских пейзажах и портретах, исполненных в духе эпического лиризма, видно, как он пытается разобраться в полученном у больших монументалистов богатстве и свое собственное не утратить. Опять стоит у новых рубежей. Ищет синтеза. Как было бы? (Не узнать даже того, как было. Часть полотен пропала во время войны у Истомина, у Эльконина вместе с их работами. Лучшие семь холстов из последних были отданы на молодежную выставку в 1944 году. И они судьбою не помилованы.)

Лев Александрович Бруни: «Путь к реализму представлялся ему очень сложным... Мы потеряли в лице Юры Павильонова лучшего друга, отзывчивого и необычайно чутко относящегося к удачам и неудачам своих товарищей, человека, обладающего тонким пониманием искусства, верный глаз и суждение которого помогали нам двигаться вперед.

В понимании тематизма («темой картины должны быть такие значительные кристаллизовавшиеся, обусловленные эпохой явления, которые могли бы дать ей устойчивость во времени, значительность и монументальность форм»), в своем стремлении к синтетическому образу, декларативном отказе от «передвижничества в сюжете» круговцы явно перекликались с ОСТом.

Острота и боль тяжелой утраты лишают нас возможности в полной мере и объективно оценить критически художественное наследство Павильонова. Все, что мы могли сделать, - это любовно и бережно собрать все, что после него осталось».

Константин Эдельштейн: «Удалось собрать 60 картин и более 100 рисунков. После этого его работы разобрали по рукам. Мне удалось сохранить 38 его вещей».