Карло Боссоли



Главная :: Галерея картин :: Ссылки :: Галереи, выставки :: ENG

Впечатление движения чувства

Березовые рощи, «наполненные мелодией грусти старинной», - уже и сами произведения «грез и фантазий» художника, но и они в свою очередь пребывают в «глубоком сне», увлекаемые мелодичными кликами журавлей. И то же происходит на полотнах Мусатова, где возникает как бы бесконечная перспектива движения воображения от того поэтически-вымышленного мира, который дан нам в пейзаже или фигурах, к какой-то еще более неясной, но оттого и еще более влекущей дали.

Как достигалось у Мусатова это впечатление движения чувства, из-за которого и возникает выражение не обретенного, а только мечтаемого приюта? Очень важную роль играет излюбленное художником сопоставление двух женских фигур, позы и внешность которых кажутся ступенями восхождения ко все более влекущей и волнующей нас красоте. В «Водоеме» правая женская фигура посажена на землю, на переднем плане, как будто «у подножия» центральной фигуры, - в склонившемся вперед, чуть-чуть сутулом движении, с беспомощно разбросанными по юбке руками. Но с какой величавой стройностью вырастает при таком контрасте фигура в лиловом платье, движение которой ввысь оттеняется и ее собственным склоненным вниз лицом и такими же стройными, только «опрокинутыми» вниз деревьями. Не менее выразительно сближены красота и невзрачность участвующих в этих дуэтах женщин. Обе сидящие фигуры и в «Водоеме», и в написанной тогда же картине «Минувшее. Барышня и дама» чуть неказисты и угловаты на вид. Их некрасивые лица овеяны привычным унынием, соединяя застенчивую неловкость и непередаваемо-женственное душевное изящество. Это какие-то скромные внешне, тоже чуть «утлые» сосуды, заключающие прекрасные и хрупкие души. Рядом с ними Мусатов дает фигуры, где как бы уже достигнута гармония этих душ, с не менее прекрасными очертаниями пленяющей грации. Таковы стоящие девушки обеих картин с их обращенными к зрителю юными лицами. Однако и эти лица овеяны задумчивой меланхолией. Где-то вдали живет, очевидно, и еще более совершенная красота!